Один самолет выполнял рейс Ташкент - Минск. На его борту были 83 человека, в том числе 17 футболистов команды "Пахтакор". Второй следовал из Челябинска - Воронежа в Кишинёв с 89 пассажирами и шестью членами экипажа.

В тот день в Харьковском центре управления дежурили семь диспетчеров. На более напряженный сектор старший смены Сергеев посадил молодого Николая Жуковского. А контролировать его работу поручил Владимиру Сумскому, хотя по инструкции это мог делать лишь сам Сергеев.

Молдавский и белорусский самолёты шли наперерез друг другу под углом 90 градусов на высоте 8400 м в облаках. Жуковский ошибочно посчитал, что оба "Ту" разойдутся. Опасность заметил Владимир Сумской. Он дал команду белорусскому экипажу набрать высоту 9000 метров. В эфире прозвучало: "Понял…" — позывные было не разобрать. Сумской был уверен, что ответили минчане — все нормально, команду выполняют. А на самом деле эти слова принадлежали экипажу другого самолёта, Ил-62, летевшего навстречу, в Ташкент... До столкновения оставалось 1 минута 5 секунд. А затем командир Ан-2 доложил на землю: "В районе Куриловки наблюдаю падение частей самолёта. По-моему, Ту-134".

Два лайнера столкнулись на высоте 8400 м под углом в 135 градусов. Через 9 месяцев состоялся суд над виновными. На скамье подсудимых оказались диспетчеры Жуковский и Сумской. Каждого приговорили к 15 годам в колонии общего режима. Старшего смены Сергеева, а также руководителей более высокого ранга, на суде не было даже в качестве свидетелей.

Все члены футбольной команды "Пахтакор" были похоронены в Ташкенте на Боткинском кладбище города, где им поставлен памятник.

Клуб "Пахтакор" из-за этой трагедии в этом и нескольких последующих чемпионатах был усилен добровольцами из других клубов, а в регламент чемпионата СССР была внесена статья, по которой в течение 5 лет независимо от результатов "Пахтакор" сохранял место в высшей лиге советского футбола.